Вице-мэр Турупалов о критикующих его депутатах горсовета: «Они вообще ничего не умеют»

Николаев, Политика — НикВести / 17:11, 09 Ноября, 2017
1637

Вице-мэра Антона Турупалова сегодня критикуют практически все депутаты Николаевского городского совета. Вменяют и отсутствие реализации электронного билета, и заминки, возникшие с кредитами ЕБРР и ЕИБ, и нежелание самого Антона Турупалова отчитаться перед общественностью, как все его коллеги, и недавнее заявление перевозчиков о том, что забастовки водителей – это личная инициатива Антона Турупалова. Кроме того, вице-мэр уже два месяца не приходит на работу – сначала длительные командировки, потом отпуск, теперь больничный. Что будет с реализацией многочисленных проектов, которые анонсировал Антон Турупалов? Дождутся ли депутаты отчета? И как сам вице-мэр оценивает сегодняшнюю городскую власть?

Ответ на эти вопросы в интервью НикВестей с заместителем Николаевского городского головы Антоном Турупаловым.

— Как вам идея Татьяны Казаковой о том, чтобы все заместители городского головы написали заявления об увольнении и стали исполняющими обязанности? Вы согласны с этим?

— Я думаю, что ребята все никак не могут придумать, как же им, не проводя сессии, не проводя предусмотренных по закону процедур, избавиться от, скажем так, некомфортных людей. Какой смысл подыгрывать? Я так понимаю, что функционально и.о. ни на что не влияет, это те же самые обязанности, правильно? Какая польза городу от этого? Я не собираюсь подыгрывать никому в этой истории. В тот способ, в который меня назначили, в тот способ и увольнять.

— Если депутаты будут голосовать за снятие вас с должности, согласитесь?

— Конечно.

— А судиться будете?

Судиться? Ни в коем случае. Я сейчас выйду с больничного и продолжу работать на благо громады, да? А когда у меня не будет этих функций, тогда я перестану это делать. У меня нет желания не работать на Николаев.

— Вы считаете, что секретарь горсовета Татьяна Казакова подыгрывает депутатам? Тем, которые месяц назад проголосовали за отставку Александра Сенкевича.

— Нет, я считаю, что для того, чтобы было максимально комфортно чувствовать эту номинальную власть, им желательно вообще не пересекаться с рядом людей, которые напоминают  им о том, как им было плохо, как им было обидно. Законно они не могут от них избавиться, а предлагают всякие подставы, либо всякие выговоры, теперь вот по собственному желанию.

— Вы имеете в виду, что вы все еще являетесь членом команды бывшего мэра?

— По факту, заместитель городского головы – это заместитель городского головы без фамилии. Это просто функция. Это ж не заместитель городского головы Сенкевича. Это просто институциональная должность – заместитель городского головы. Безусловно, я себя считаю членом его (Александра Сенкевича – прим.) команды, потому что он меня приглашал и он мою кандидатуру предлагал депутатам в качестве заместителя. Это была лично его инициатива, поэтому, конечно, он видел меня в своей команде и я эту функцию выполнял, насколько мог. Сегодня я просто продолжаю этот вектор, поднимаю те задачи, которые Александр Федорович видел, развитие тех отраслей, которые были мне вверены. И в тех условиях, которые сейчас получились, я пытаюсь, по крайней мере, чтобы, если это разворачивается на 180 градусов, то не так быстро.

— Получается, что сегодня депутаты вас критикуют, а вам с ними надо продолжать работать, как вы это будете делать и зачем? Не проще было бы уволиться?

— Слушайте, если бы я реально обращал внимание на критику, если бы меня это уже успокоило, я бы уже наверное…

— Но они же вас и назначили.

— Хороший вопрос. Как бы вам объяснить… В какой-то момент может быть их ожидания не оправдались и я не стал делать то, что им хотелось бы.

— Вы говорите о том, что они хотели бы решать через вас какие-то свои вопросы?

 То, что касалось транспорта, наверняка были ожидания у Евтушенко (Владимир Евтушенко, Оппозиционный блок, - прим.), что он станет руководителем «Николаевэлектротранса», или что они как-то получат над ним контроль.

— А что плохого, если бы Евтушенко стал директором КП «Николаевэлектротранс»?

— Он хотел использовать КП, наверное, в каких-то своих личных целях. Я считаю, что его основной мотив был такой. Плюс, скажем, глядя на результаты деятельности на предыдущих местах работы, не хотелось бы, чтобы он еще и «Николаевэлектротранс» «положил». Поэтому, наверное, из-за этого он немножечко подрастроился, и в транспорте у нас не получилось понимания, плюс повышение тарифа, которое так хотелось, и плюс кадровые вопросы, которые их не устраивали, почему же я все-таки от тех людей избавился, которые ушли, в транспортном управлении.

А как вы прокомментируете недавнее заявление перевозчиков о том, что вы сами инициировали забастовку водителей маршруток, чтобы исполком повысил тариф?

— Ну, я читал об этом… Забавно. Я думаю, что, если они расценили мою фразу: «Хотите – делайте забастовку, я не думаю, что это поможет», как призыв к тому, чтобы сделать забастовку, то может быть, а мою позицию вы все прекрасно видели и на исполкоме, и перед, и после.

— Они неправильно вас поняли?

— Ну почему-то все меня поняли, кроме них. На встречах с перевозчиками, которые я организовывал после забастовок, я четко дал понять, что не вижу оснований и требовал документ. На второй встрече я им сказал, что ничего они не передали, соответственно, опять таки нет оснований, на исполкоме я выступил резко против.

— А что сейчас с тарифом, вы держите руку на пульсе?

— Нет никаких препятствий для того, чтобы этот тариф поднять, потому что депутаты за.

— А вы за?

— Я против. Я не понимаю, как можно поднять тариф, не зная одной из трех составляющих. Тариф – это доходы разделить на расходы, умножить на рентабельность. Мы не знаем доходов. По расходам нет претензий, с чеками, со всем на свете. Коэффициент рентабельности тоже предусмотрен постановлением Кабинета Министров, тоже нет вопросов. Доходы. Как посчитать доходы? Депутаты против того, чтобы выделить 180 тысяч на расчет пассажиропотока, чтобы мы хотя бы теоретически вывели доход. То есть, всячески не дают возможности… Понимаете, в чем ирония? Может оказаться, что даже 4 гривны – это много.

— Вас нет уже несколько месяцев на рабочем месте, в ваших управлениях нет назначенных руководителей. Кто сейчас занимается контролем над этим вопросом? Ведь если очевидно, что люди у власти, не желающие поднять тарифы, в меньшенстве, почему вы не контролируете этот вопрос, чтобы в ваше отсутствие не подняли тариф?

— Этот вопрос принимается исполкомом. То есть этот вопрос не принимается депутатской комиссией, не принимается на сессии депутатами. Этот вопрос принимается членами исполкома. Насколько я понимаю, член исполкома Канарский разделяет мою точку зрения, Ермолаев, не знаю, как остальные... Мне кажется, что, как управление, мы не должны готовить вопрос о поднятии тарифа, вообще сама формулировка «поднятие тарифа» безумная, потому что тариф можно только привести к чему-то, к экономически обоснованному… Но это не поднятие и не понижение и не выносить его на исполком просто.

Как вы этим вопросом курируете издалека?

— Что сейчас происходит в исполкоме? После отпуска я вернулся, был неделю, и сейчас на больничном нахожусь. Вот за ту неделю, которую я был на работе – фактически Казакова архитектуру (управление архитектуры, - прим.) и земельное управление передала Степанцу (Юрий Степанец, вице-мэр Николаева, - прим.), неформально, и транспорт тоже. Письма на транспорт на меня не расписываются, они расписываются напрямую на управление и Степанец полностью вызвал всех к себе и курирует эту сферу. То есть, фактически неделю, которую я проработал при Казаковой, меня лишили полномочий. Ни одного документа на меня не расписано, никто мне не дал согласовать, например, согласен ли я вообще с этими функциями, задач никаких новых не ставят.

— Но вас же не было, с кем надо было согласовывать?

— Нет, смотрите, больше семи дней я был. За вот это время все новости я узнаю из газет, грубо говоря. Я думаю, что я скоро уже выйду с больничного, надеюсь, что в пятницу у меня будет последняя процедура и в понедельник я выйду.

— Планируете отчитываться на следующей неделе?

— Слушайте, это фарс, а не отчет. Вот смотрите, эти отчеты, они все нужны для того, чтобы дать какие-то информационные поводы, чтобы показать, что вообще ничего не происходит, но надо же что-то давать, потому что все будут говорить о том, что ничего не происходит. Таким образом отвлекают внимание от того, что на самом деле никто ничего не делает. Вот если так хочется отчитаться – Татьяна Викторовна провела столько же рабочего времени на работе, сколько и я, в должности, я имею в виду. Зарплата у нее, наверное, побольше. Чем она занималась? Почему бы ей не отчитаться? Сказать: «Вот я временно исполняющая обязанности головы, за год работы сделала то-то». Класс, послушали бы с удовольствием.

— Вы считаете, что это фарс, но сегодняшнее руководство обязало всех отчитаться, вы говорите, что многие вопросы в вашей сфере решены положительно, почему бы вам не отчитаться за них?

— Да я не против.

— Тем более, что вы видите, что у депутатов и у общественности к вам много претензий, почему бы вам не рассказать, как на самом деле, чтобы закрыть сразу все вопросы?

— Абсолютно не против. Просто когда эти отчеты были назначены, я уже, к сожалению, был на больничном.

— Вы выйдете с больничного, вы будете отчитываться, вы готовы?

— Не проблема. Я же знаю, что я делал.

— Вопрос по поводу начальника управления транспорта, проводился очередной конкурс в сентябре, каков его результат?

— Шесть раз проводился конкурс на начальника транспортного управления. Никто не подавал свои заявки на кандидатуру на конкурс.

Исполком предоставил нам информацию, что конкурс проводился только один раз в мае.

— Нет, это неправда. Конкурс был объявлен шесть раз. Вот сразу, как только начальник управления Кащенюк покинул свою должность, сразу с этого момента были объявлены конкурсы и они проводились постоянно. То есть, я ждал, искал, приглашал людей, пробовал.

— Так нет результата конкурса?

— Никто не подал свою кандидатуру. Нет желающих работать начальником транспортного управления. Если не ставить себе цели сотрудничать с перевозчиками. Ситуация понятна – в городе Николаеве работать начальником транспортного управления, не будучи в команде перевозчиков, никому не интересно.

— Вам не кажется, что чиновник вашего уровня – вице-мэр, в подчинении которого целый ряд управлений, где нет назначенных руководителей, не может отсутствовать так долго на рабочем месте? Складывается впечатление, что вы просто бросили город.

— Это вообще немножечко некорректно, потому что все зависит от задач, правильно? Задачи, которые ставятся в тех условиях, которые сейчас есть, они выполняются. Вот например, посмотрите даже на те «претензии», которые есть, они о чем вообще?

— По вашему, депутаты не могут вас критиковать? Или эта критика необоснованна?

— Понимаете, если бы они вникали в то, что происходит, может быть было бы интересно это слушать, а когда рассказывают, что я не ходил на комиссии, хотя это тоже неправда, или что я невовремя отвечал на запросы, что тоже не соответствует действительности или по ЕИБ – вопиющая ложь относительно заявок, когда мы договорились об увеличении финансирования и преподносится таким образом, что мы отозвали заявку на уменьшение. Но это, скажем, абсолютно поверхностно, не вникая в тематику теми, которые этим никогда не занимались.

— Вы работаете у нас уже год, считаете, что критика депутатов необоснованна, в таком случае вы должны знать свои главные достижения за этот период, чего вы добились, расскажите об этом.

— По каждому направлению есть какие-то результаты.

— Ну вот назовите три главных результата по каждому направлению.

— Возьмем, например, землю – это аукционы. Мы запустили наконец-то нормальную работу, где право аренды земли или право собственности земли проводится через аукцион. Мы провели уже несколько десятков аукционов, больше сотни аукционов и за это время получили доходы от реализации этих прав.

— Разве раньше такие аукционы не проводились?

— А раньше это было никак. Раньше этого не было, потому что не было зонинга и не было генерального плана, то есть без зонинга и генерального плана невозможно было легально передать земли в аренду. И таким образом у нас появлялись логистические центры, земли транспорта…

— Вы можете конкретно назвать проект, который успешно воплотился за этот год? Что на счет транспортной стратегии? Говорили, что будет внедрен электронный билет. Какой конкретный проект вы пришли и реализовали за этот год?

Смотрите, давайте так. Я принял город в состоянии «ноль»… Есть проекты краткосрочные, среднесрочные и долгосрочные. Транспорт – это сфера деятельности города, одна из ключевых, один из базовых сервисов, который город предоставляет людям. В том виде, в котором транспортная система была в городе на тот момент, когда я пришел работать на эту должность – это, скажем, антинародная система была, где было две монополии – одна – это «Николаевэлектротранс», вторая – это частные перевозчики – маршрутки по автомобильному направлению. И та, и другая монополии не очень хорошо влияли на ситуацию. Было принято решение – первое – там, где мы имеем возможность развивать сеть электротранспорта, мы будем развивать эту сеть. То есть мы объявили тендер и Бедаков, по-моему, до конца года уже должен объявить победителей и мы решили продавать электросети по Богоявленскому проспекту…

— Но для этого же нужно комплексное виденье, стратегия, правда?

— Стратегия, как документ, это отдельная история, которая в каком-то виде существует…

— Я так понимаю, что вы имеете в виду тот факт, что все ваши проекты долгосрочные и поэтому они не реализованы еще?

— Смотрите, есть финишная стадия проекта, если говорить про процентовку. Вот по «Николаевэлектротрансу», мы ввели с ПриватБанком электронный билет и он уже работает. По маршруткам — взять Матвеевку: была первая проблемная точка, где мы избавились от недобросовестной конкуренции и убрали дублирование маршрутов, создав новый маршрут. И вот по оптимизации маршрутной сети, грубо говоря, на процентов 40 мы продвинулись. У нас полностью проанализированы все маршруты по количеству процентовки дублирования.

— Касательно электронного билета, вы на одной из комиссий говорили, что это вроде не тот билет, который нужен, что будут специальные устройства, будут устанавливаться терминалы…

— Для того, чтобы создать полноценный электронный билет, который работает на весь город, нам нужно сначала привести в порядок было… Это все зубчики одного механизма. То есть, один цепляется и тогда это можно делать.

— По электронному билету, вы обещали, что внедрите его до ноября. Вот уже ноябрь.

Я обещал, что мы проведем круглый стол, где будут представители всех компаний, в том числе и международных, которые занимаются предоставлением этой услуги. Я его провел. Мы получили ответ на все вопросы.

— Это было в августе?

— Да.

— Но просто уже ноябрь.

— Это понятно, ну смотрите, у нас депутаты 5 октября оккупировали, грубо говоря, дом управления, взяли на себя ответственность. Все вопросы касаемо развития города стали безумно заполитизированы. И понимания никакого не было, но есть желание депутатов сделать так, чтобы никто ничего не делал.

— То есть депутаты вам мешали внедрить проекты?

— Подождите, смотрите, развитие троллейбусной сети – это не хорошее? То, что 11 месяцев у нас тариф 4 гривны – это не хорошее? Если бы мы повысили тариф в феврале, как попросили перевозчики, когда я получил первое письмо, люди – жители города заплатили бы им 99 миллионов гривен на сегодняшний день. Это очень простая математика.

А как же качество услуг? Почему оно осталось прежним? Вы же обещали проконтролировать этот вопрос.

— Сейчас в городе нет перспектив, что эти перевозчики улучшат свое качество. Вот никаких перспектив нет.

— А что делать?

— То, что мы и делали. С одной стороны привлекать средства для получения своего транспорта, с другой стороны привлекать транспорт, который уже есть в стране, для создания совместного предприятия.

— Вы этим занимаетесь?

— После отставки мэра этот вопрос, можно сказать, не очень актуален, потому что компании, которые выражали свое желание поучаствовать в этом проекте, сейчас взяли паузу. Потому что мы сейчас не очень хорошо выглядим, как партнеры.

— Именно с отставкой мэра взяли паузу?

— Да. Нет понимания в городе. Нет понимания, с кем тут можно продолжать работу. Нет понимания о том, что если например мы сегодня на себя возьмем обязательства какие-то, вдруг придет другая власть или еще что-то предусмотрено, то есть нет стабильности. Грубо говоря, для возобновления нормальных переговоров нужно либо подтвердить свой мандат, либо передать его.

— Вы имеете в виду перезагрузку горсовета?

Нет, я не это имею в виду. Вообще нужен просто нормальный руководитель, который, у него есть пять лет впереди и есть понимание, что он будет эти пять лет работать. Потому что, когда я, например, пришел на должность, у меня было понимание того, что я здесь буду до конца 2019 года. И соответственно я свои усилия концертировал на то, что мне нужно сделать успехи не к концу 2017 года, а к 19 году. Таким образом, я брался за те проекты, которые поменяли бы качество жизни горожан – это привлечение нового транспорта, это новая маршрутная сеть, это электронный билет, это проекты, которые еще по большому счету мало где есть.

— Правильно я понимаю, если бы не пришли оккупанты в лице депутатов 5 октября, как вы сказали, то вам бы удалось реализовать эту идею?

— Нет. Еще раз – электронный билет, это, во-первых, система, которая стоит очень много денег – это десятки миллионов. И эта система, которую берет на себя компания, которая выиграет конкурс инвестистионных проектов, она использует механизм, вкладывает свои средства в развитие этой инфраструктуры и получает свой процент от тарифа во время перевозки. Для того, чтобы компания, которая захотела бы инвестировать в Николаев, потому что их городского бюджета это нереально делать, в этом нет смысла, взялась бы это делать, то есть увидела бы для себя экономическую перспективу, она должна для себя четко понимать, что все операторы рынка работают в этой сфере. Человек будет пользоваться электронным билетом тогда, когда он будет единым для всех видов транспорта.

— А когда вы об этом на комиссии, которая была еще в августе, разговаривали с депутатами – Бернацким, Кантором, Апанасенко, обещали, что до ноября реализуете эту идею, вы знал про все эти нюансы?

— Я говорил о том, что, для того, чтобы запустить электронный билет, нужно сначала определиться, что мы называем электронным билетом, какую систему мы вообще хотим выбрать, потому что она разная. Система, при которой электронный билет по времени идет, или по зонам, или по транспорту с оплатой картой или с предоплатой по билету. Это система, где деньги собирает предприятие, деньги собирает город, или деньги собирает перевозчик. Это система, где перевозчику платится не за количество перевезенных пассажиров.

— Ну а вы предложили эту структуру?

— Мы собрали абсолютно все компании – эстонская, немецкая и ряд украинских компаний, которые не только в Украине, но и по всему миру делают эти системы. Мы их выслушали. У каждого есть свои плюсы и минусы. Депутаты были на этой встрече, они задали вопросы. Я думаю, что все тогда немножечко разобрались в том, что это такое, зачем это нужно и как это делать. Для того, чтобы это делать, нужно, чтобы все операторы рынка в этом участвовали. Брать сейчас и устанавливать систему электронного билета, сам валидатор в той маршруте, которая есть сегодня – это просто сюрреализм. У нее дырки в полу, понимаете?

— Какое было ваше предложение?

— Наш план был такой – мы заводим на конец года автобусы на три ключевые магистрали.

— Вы сейчас про электронный билет говорите?

— Для того, чтобы ввести электронный билет, сначала нужно, чтобы был транспорт, потому что устанавливать валидаторы электронного билета в тех маршрутках, которые есть сегодня, которые не соответствуют требованию горожан – это бред. Поэтому мы в принципе не хотели, чтобы такие маршрутки существовали. И мы с перевозчиками говорили: «Ребята, давайте как-то улучшать качество сервиса. У одной из компании, одного из перевозчиков есть большие автобусы, она (компания – прим.) мне сказала – они у меня есть, но мне не рентабельно, мне дешевле, чтоб они были законсервированы. Я получил достаточно четкий ответ, что пока максимально можно, чтобы эти маршрутки ходили, они заинтересованы в том, чтобы они ходили.

— Депутаты обвиняют вас в том, что вы не ввели электронный билет, а вы им объяснили это же самое, чтобы они вас больше не обвиняли?

— С с каждый отдельно встречался – и индивидуально, и на комиссиях. Какая-то часть это понимает. Я говорил о том, что мы планировали к ноябрю провести инвестиционный конкурс и определиться с компанией, которая будет строить эту сеть и какую систему мы выберем. Но, к сожалению, те процессы, которые сейчас произошли, они сделали невозможным при тех условиях сделать запланированное, потому что ситуация в городской власти от стабильности далека. И у меня есть очень большие сомнения относительно способностей тех людей, которые сейчас временно управляют городом, вообще что-то сделать. Хоть что-то сделать. Даже не сделать, а делать.

— То есть вы считаете, что с ними уже будет сложно что либо реализовать?

Ну они не умеют ничего делать. Они не умеют ничего делать. Ничего вообще. Ни ставить задачи, ни планировать, у них в голове только планировать, у них в голове только политика.

— И как вы с этим будете справляться? Вы все-таки хотите на город работать.

— Я считаю, что в такой ситуации нужны новые выборы городского головы, как можно скорее. Если слышать людей, которые выходили на площадь и говорили что-то, то, я так понимаю, нужно и совет перезапускать, но для этого нужна воля Верховной Рады. Потому что это действительно кризис. Самое важное – наши функции исполнителей. Депутаты мне лично не поставили ни одной задачи.

Беседовала Юлия Акимова, НикВести

Хочешь узнавать самые важные новости первым? — Подпишись на Telegram НикВестей
Николаев, Политика — НикВести / 17:11, 09 Ноября, 2017
1637
Loading...
Самое важное сегодня