Итоги выборов на Николаевщине: фальсификация или результат тотального разочарования?

Универсальным оправданием для политических сил, проигравших выборы, является тезис о масштабной фальсификации выборов. Причем, не только со стороны власти, но и стороны оппозиции. Вспомните, хотя бы, как Юлия Владимировна вместе с Сергеем Власенко и другими своими юристами, включая будущего перебежчика Андрея Портнова, тщетно пыталась убедить общественность в том, что выборы президента-2010 были сфальсифицированы и победу у нее украли.

Не стали исключением и прошедшие муниципальные выборы. Проигравшие вновь заговорили о фальсификациях. В первую очередь все та же ВО «Батьківщина» (похоже, здесь теория всеобщего заговора и поиск врагов приобретают клинический характер), а также проигравшие кандидаты от «Сильной Украины», ПСПУ и других партий. Попытаемся определиться, присутствовали ли фальсификации в Николаеве и действительно ли проигравшие на самом деле не проиграли, а просто победа у них была украдена Партией регионов?

Фальсификации предполагают прямое нарушение законодательства о выборах, искажающее результат волеизъявления граждан – давление на избирателей, массовый вброс бюллетеней за нужного кандидата или партию, контроль за голосованием избирателей, организацию «каруселей», противозаконные манипуляции со списками избирателей и многое другое вплоть до корректировки протоколов участковых и территориальных комиссий с внесением туда нужных результатов.

Итак, были ли на территории области факты изготовления большого числа дополнительных незарегистрированных бюллетеней, массового, подчеркнем – массового – вброса их в урны для голосования, «карусели», переписывание протоколов с внесением туда заведомо недостоверных цифр и прочее. По мелочи, конечно, где-то что-то было. Допустим, избирателей подвозили к участкам. Но случаев, чтобы одних и тех же людей возили по разным участкам и везде они голосовали – не зафиксировано. Большинство имеющихся сигналов о нарушениях связано с голосованием в Еланецком районе, где выдвигалась по мажоритарке пока еще председатель областного совета регионалка Татьяна Демченко.

Підтримай тих, хто щодня тримає місто в курсі

Клуб МикВісті — місце, де читач і редакція по один бік.

Учасники мають закритий чат, ексклюзивну розсилку із залаштунків життя журналістів, бачать новини раніше й впливають на зміни.

Приєднуйся. Разом тримаємо місто світлим

Одноразова підтримка Підписка місячна

₴ 50 ₴ 100 ₴ 500

Підтримати

₴ 100 ₴ 250 ₴ 500

Безпечна оплата

Отримувачем внесків є ГО «Миколаївський Медіа Хаб» (ЄДРПОУ 45160758). Здійснюючи внесок, ви підтверджуєте згоду з тим, що внесена сума не підлягає поверненню та може бути використана ГО «Миколаївський Медіа Хаб» на реалізацію статутної діяльності, що включає підтримку незалежної журналістики та створення суспільно важливого контенту. Публічна оферта.

Есть свидетельства того, что бюллетени находились без должной охраны. Ну и как это повлияло на результаты выборов? Да никак. Нет, конечно, можно что-то предложить, порассуждать, сделать некие умозаключения. Но конкретных фактов, доказывающих, что эти бюллетени использовались для фальсификаций – нет. Давили ли на избирателей? Возможно. Угрожали ли потерей работы, зарплаты? Возможно. Но конкретных фактов опять-таки не предъявлено. Грамотно протоколировать, документировать эти нарушения, видимо, было просто некому. Да и в конце-концов давление на избирателя и фальсификация результатов – это разные вещи. Схожие, одинаково незаконные, но по сути разные. Иными словами, давление было, фальсификации – не было. Об этом ярко свидетельствует тот факт, что Т. Демченко проиграла выборы в своем родном селе – Воссиятском. Если бы «нужные» цифры писались в протоколы «с потолка», такой позорный результат был бы скрыт и искажен.

Такого давления на избирателей как в селах, в областном центре и в помине не было. Здесь это сделать куда труднее. В ход шли другие непорядочные технологии. Например, подкуп избирателей, начиная от строительства Партией регионов десятков детских площадок вдоль дорог — чтобы лучше видно было, и заканчивая откровенной раздачей денег. Была ли такая? Была, утверждают люди, работавшие в командах оппонентов Инги Шаповаловой, Анатолия Дюмина и ряда других кандидатов от Партии регионов. Но можно ли доверять таким утверждениям? Если избирателей покупали, так отчего же молчали оппоненты, почему не документировали, не обращались в правоохранительные органы, не требовали расследования? Вариантов ответов два: либо разговоры о раздаче денег – блеф, либо остальные кандидаты не обладали необходимыми человеческими, организационными ресурсами и правовыми знаниями, чтобы грамотно зафиксировать факты подкупа избирателей.

Что остается? Еще остаются технические ошибки комиссий. Кто работал в комиссиях – тот поймет. Например, в спешке выдали избирателю два одинаковых бюллетеня, либо бюллетень с не оторванным контрольным талоном, либо без подписи члена комиссии. Это все тоже нарушения, но нарушения технически и не имеющие массового характера. Так же, как и вхождение в кабинку по двое, голосование на участке вне кабинки для голосования (а кому охота выстаивать в двух очередях: сначала, чтобы получить бюллетени, а потом, чтобы их заполнить?) – они ни не караются законом, но должны протоколироваться. Однако если по каждому подобному случаю составлять акт, работа комиссий будет просто парализована. Поэтому члены комиссий деликатно закрывали глаза на такие мелочи и делали все возможное, чтобы цифры неиспользованных, выданных бюллетеней и обнаруженных в урнах – сошлись.

Вели ли такие ошибки к массовой фальсификации результатов в пользу власти, могли ли они существенно исказить выбор населения? Конечно же, нет. Пересчет голосов в Южноукраинске выявил, что технические ошибки допускались и в пользу кандидата от власти, и в пользу кандидата от оппозиции. Фальсификацией здесь и не пахнет. Другое дело, такие ошибки на сельских округах, где для победы иной раз достаточно набрать несколько десятков голосов, могли исказить реальный выбор людей. Безусловно! Именно потому мы и имеем повторное голосование в Николаевской области исключительно на сельских участках. Но ни одного – ни одного! – в городах.

Админресурс на этих выборах использовался широко и подчас неожиданно. Понятно, к примеру, когда Партия регионов повсеместно волюнтаристским путем вносилась в списки под № 1, и мотивировалось это тем, что регионалы первыми сдавали свои документы в комиссии в начале первого ночи первого дня регистрации. Но вот, другой, пример, обойденный вниманием общественности. В первые пятерки списков Партии регионов на Николаевский городской и областной советы были поставлены известные саблистки Ольга Харлан и Елена Хомровая. Неужели двадцатилетние чемпионки мира неожиданно увлеклись политикой, причем настолько, что смогут плюнуть на тренировки и целиком посвятить себя депутатской работе на общественных началах? Конечно, нет. А могли ли они появиться в списке той же «Батьківщини»? Тоже более чем сомнительно, ведь это могло повредить их спортивной карьере. Точно так же мог повредить карьере и принципиальный отказ выдвигаться от Партии регионов. Впрочем, и согласие войти в список негативно повлияло на их спортивные успехи. Вместо того чтобы усиленно готовиться к чемпионату мира, обе саблистки, задающие тон в украинской команде, отвлеклись на выборы, и в итоге в Париже утратили титул чемпионов мира, уступив в командном зачете россиянкам.

Но вернемся к теме. Что имеем в итоге? Доминирующее влияние Партии регионов в избирательных комиссиях и недемократичность их формирования, широкое использование админресурса, – да, все это было. Но можно ли это признать нарушением избирательного законодательства, которое привело к существенному искажению воли избирателей? Тем более такого законодательства, которое выписано специально под Партию регионов. Конечно же, нет!

Аргументом в пользу такого утверждения служат и данные социологов, которые, за исключением явно заказных опросов и отдельных неожиданностей, как, например, резкий рост рейтинга кандидата в мэра Николаева Сергея Исакова в последние недели перед выборами, подтверждают: выбор николаевцев в протоколах комиссий в целом зафиксирован именно таким, каким они его сделали. Без существенной «коррекции» со стороны власти.

Остается заметить, что заказные соцопросы (если точнее, не заказные, ибо практически все опросы у социологов кто-то заказывает, а содержащие результат, преднамеренно искажающий объективную картину предпочтений избирателей в угоду заказчикам), практиковавшиеся властью, но еще больше оппозицией, ведут к дискредитации в глазах обывателей и тех, и других. В целом же оппозиция проявила себя на прошедших выборах, конечно же, недемократичных, но все же относительно свободных, и ни в какое сравнение не идущих с выборами 2004 года, с худшей точки зрения. Разрозненная и не способная объединиться, распыляющая имеющиеся скромные ресурсы и не умеющая ими эффективно распорядиться, не способная даже грамотно зафиксировать нарушения и доказать их в комиссиях и судах, наконец, не имеющая четкой программы действий и эффективной альтернативы нынешней власти, – на что такая оппозиция вообще могла рассчитывать?

Потому в низкой явке избирателей виноваты в равней мере и власть, и оппозиция. И если бы эта явка была намного выше, первое место точно занял бы кандидат «против всех». А это – яркий симптом болезненного состояния общества, острого разочарования во всех без исключения политических силах, потери ориентиров, перспектив и надежд.

"Контекст причерноморье"